| киношное |
[Nov. 9th, 2009|10:35 pm] |
Ах да, сходила на Царя за ради Янковского. Янковский прекрасен. Невыносимо стар и прекрасен. Пустила даже слезу.
Мамонов как обычно. Но если бы не Янковский, думаю, кино бы не было таким крутым. |
|
|
| Социал-дарвинизм: теория и практика |
[Nov. 9th, 2009|05:21 pm] |
|
Эту квартиру знали все муниципальные структуры района: там было и место сбора всех бомжей микрорайона и бордель, куда уличные проститутки приводили клиентов, расплачиваясь с соседкой бутылкой. Гости соседки Кати успели прирезать участкового, адрес кочевал по зонам — возвращающиеся с отсидки уголовники знали, где перекантоваться. Квартира пару раз горела, ЖЭК бесплатно вставлял окна перед зимой — из жалости к Катиной малолетней дочери... Сама соседка была человеком добрым, мягким, но абсолютно деградировавшим. «Да, крыс много», — сказала мне она при въезде. — «Меня кусают, дочь тоже кусают». С такой интонацией обычно говорят о комарах. Групповое изнасилование собутыльницы было в ее понимании забавным происшествием, а арест подружки-проститутки за убийство сожителя — досадной житейской мелочью. |
|
|
| Поздний осенний кошмар |
[Nov. 9th, 2009|04:39 pm] |
Приснилось мне сегодня ночью, что у меня находят врачи какую то адскую генетическую болезнь, от которой я через неделю склею ласты. При этом возможна операция, в следствии которой я буду жить, только нужно (по ходу операции) мне отрезать одну руку, оба уха и половину мозгов. При этом все меня уговаривают на эту хуйню. И Наттерджек, и Зази, типа того, "ну как же мы тут без тебя?", и я вроде как ведусь на все уговоры и поступаю в больницу готовиться к операции. И вот тут то врачи допускают переборчик. Чтобы окончательно меня убедить в необходимости операции, они показывают мне мужичка, который её уже перенёс, типа, вот и без ушей люди живут... Ну понятно, я с мужичком общаюся, делаю вид, что ложусь спать, и выпрыгиваю тихонечко в окошко. И финальные кадры. Эдакая золотая осень, а я без паспорта, без копейки, без мобильника иду по Москве, и соображаю, как бы мне так прожить оставшуюся недельку. Причём мне даже не страшно, а как-то тоненько так грустно. И листья летят... |
|
|
| (no subject) |
[Nov. 9th, 2009|04:38 pm] |
Лев, это для тебя. Это о твоем любимом цвете НИКОЛОЗ БАРАТАШВИЛИ в переводе Бориса Пастернака
|
|
|
| Самокритика или мастурбация на собственный хуй |
[Nov. 9th, 2009|03:06 pm] |
В Италии вроде бы как готовится новая публикация моих текстов. На этот раз "Маленьких Вестернов". Меня попросили написать что-нибудь понятное итальянскому читателю о культурной ситуации, приведшей к появлению этих моих текстов. Вот, что у меня в итоге вышло.
ПОЧЕМУ ВЕСТЕРНЫ ТАК ИЗМЕЛЬЧАЛИ
Русская литература – явление редкой живучести. Во многом эта живучесть объясняется несколько нетипичным набором мотиваций, заставляющих русского автора писать. Например, русский писатель практически никогда не пишет за деньги. Нет, он охотно берёт деньги, если ему предлагают за написанное, однако он никогда не предпринимает литературный труд с целью заработать на жизнь. Как так получается, сложно объяснить, просто русский писатель у которого в голове есть что-то кроме отрубей и селёдочных голов отлично понимает, что никто ему не заплатит, а скорее напротив, у него есть все шансы получить за своё писание по морде. И тем эти шансы выше, чем выше его писательское мастерство. Рационально таковое явление объяснить не просто. Это скорее национальная традиция. Русский писатель – это странная колоритная фигура полумифологического плана. Нечто наподобие вертящегося дервиша, заклинателя змей или борца сумо, только без дурного крикливого экзотизма.
Само по себе русское письмо является спазматической реакцией относительно развитой личности на тихий медлительный, вытягивающий жилы кошмар русской жизни. Это форма вялого абсурдного домашнего сопротивления. Та минимальная реакция человеческого ума на повсеместное социальное третирование, которая позволяет всё-таки чувствовать себя не совсем подчинённой и размазанной по стенке тварюшкой, а неким подобием активной личности. Именно поэтому русская литература малочувствительна, как к социальному давлению, так и к переменам технологического характера. Ей не страшна цензура, так как она со сталинских времён не покидала подвалов и отлично к ним адаптировалась. Её не пугает так же и конкуренция со стороны высокотехнологичных средств масс-медиа, хотя бы потому, что для всех и каждого очевидно, что современный потребитель обращается к литературе именно потому, что телевидение или же радио-вещание более не являются для него полезными или же занимательными источниками информации. Современную русскую литературу больше не приводит в трепет даже полнейший игнор со стороны тех, кому казалось бы до нее не может не быть дела, со стороны серьёзных коммерческих издательств. Есть сеть, есть выросшее на костях самиздата пространство «малых журналов». Современная русская литература обитает именно в этих местах, и не пытается завоевать те обширные территории, где плотно и навсегда обосновалась её жирная хамоватая сестра «русская коммерческая беллетристика».
Какова основная отличительная особенность современной русской художественной прозы? В первую очередь – это полный отказ от надежд на лучшее. Современный русский писатель больше не надеется однажды обрести золотое пенсне властителя умов, дачу в Переделкино, или хотя бы диссидентский билет в лучший мир. Литератор советский, свято верил, что всё зло сосредоточено в коммунистической идеологии, и трудился над её крушением. Литератор перестроечный был убеждён, что все проблемы в «диком» рынке и отсутствие культуры потребления, и старался адаптироваться к новым экономическим реалиям. Литератор сегодняшний понял, что имеет дело с идеологией во много раз более агрессивной и ограниченной интеллектуально, нежели коммунистическая, существующей на почве всё сильнее погружающегося в дикарство и мракобесие рынка. Он понял, что ни адаптироваться к окружающей среде, ни изменить её у него не получится. Поэтому и нельзя сказать, что сегодняшняя русская литература имеет чёткий дискурс и пространство приложения усилий. Она просто существует, описывая происходящее и предлагая свои модели мышления и своё пространство тем, кто брезглив по отношению к доминирующим системам социальных отношений и навязываемой идеологии. Возможно именно поэтому современная русская литература (оговорюсь ещё раз, что путать её с современной русской коммерческой беллетристикой весьма не правильно) сравнительно не плохо сохранилась по отношению к остальным областям русской культуры. В отличие от русской науки, русского театра, русского кинематографа, отечественная литература покамест жива, хотя это крысиное, постнуклеарное, полуголодное существование и трудно назвать громким и сочным словом «жизнь» .
Однако, несмотря на то, что казалось бы с русской литературы сегодня совершенно нечего взять (она бедна, круг её потребителей весьма узок, и она почти совершенно утеряла отличавшую её некогда идеалогическую агрессивность), власть не оставляет её без «заботы». Предпринимается масса усилий, для создания дополнительных, искусственных структур и иерархий внутри этого явления. В эту, полуподвальную литературу вкладываются, пускай и небольшие, деньги. Зачем? Это сложный вопрос. Мне представляется, что если коммунистическая цензура в первую очередь боролась с идеологическими инновациями, активно поставляемыми тогдашней литературой, то цензура сегодняшняя стремится задавить в русской литературе «соблазн качеством». Слишком ощутим разрыв между стремительно деградирующим телевидением и радиовещанием, косноязычной речью политических лидеров и глянцевых журналов и всё-таки покамест достаточно высокой языковой планкой задаваемой современной литературой. Пока у потребителя есть выбор, есть вероятность, что он выберет более качественное, а стало быть более дорогое в изготовление. Поэтому мне представляется, что большинство проводимых сегодня у нас в стране литературных конкурсов и фестивалей, и почти что все вручаемые в современной России литературные премии, призваны в первую очередь доказать, что качественное письмо – это если не однозначное предательство национальных идеалов и ренегатство, то уж точно невыгодное и совершенно бесполезное занятие. Доказать, что одарённый, оригинальный автор – это однозначный, обречённый лузер, в том конечно случае, если он не согласится приспустить свой талант до уровня доминирующей серости.
Теперь пара слов о том, как выглядят на этом фоне мои «Маленькие вестерны» и что они из себя представляют. Название «Маленькие вестерны» происходит от «Маленьких Трагедий» Александра Сергеевича Пушкина, горячо любимого мною цикла коротких, крайне эмоциональных пьес. Почему именно «вестерны»? Тому есть две причины. Во-первых, ещё в перестроечный период, критики обозначили меня, как автора-вестернизатора, привносящего в русскую литературу западные рационализирующие и в тоже время десакрализирующие нотки, и у меня нет причин с этим спорить. Во-вторых, лично я сам по убеждениям совершенный и однозначный «западник». То бишь, я человек, полагающий единственным светлым пятном в русской истории период от Петра I и до революции 17го года. Я считаю, что азиацкое начало, присутствующее в русской жизни наравне с европейским – первый и основной источник всех стремительно опустошающих страну бед. И ещё, я ни капли не верю в сусальную русскость и её позитивный посыл. Матрёшка, балалайка и Храм Христа Спасителя вызывают у меня грустную оторопь и тёмную тоску.
«Маленькие Вестерны» - это маленькие, «юркие» тексты, каждый из которых можно прочесть за один присест. Они максимально пригодны для «неформального» использования, и не слишком удобны для использования коммерческого. То есть их легко читать в сети, легко поставить по ним театральный скетч, нарисовать флэш-ролик или снять короткометражный фильм. Значительно сложней издать их виде отдельной полномасштабной книги. Просто потому, что они на самом деле маленькие и достаточно разношерстные. «Маленькие вестерны» однозначно никогда не смогут претендовать на крупную премию, в силу неподцензурности контента, и некоторой разухабистости, однако они обречены интересовать даже не слишком подготовленного читателя. «Маленькие Вестерны» - это очередная мутация некоммерческой русской литературы. Эти тексты напоминают агрессивных маленьких умных и шустрых существ, может быть крыс, непременных обитателей трущоб и руин. Я сознательно убрал из них всё ненужное, избыточное, обременительное. Я, как и любой современный русский писатель, полагающий себя автором настоящим не имею никакой надежды на лучшее будущее… Хотя нет, я надеюсь по крайней мере на то, что выведенный мною мутант, «маленький вестерн» способен выжить в той ситуации повсеместной культурной деградации, в которой мы, сегодня находимся. |
|
|
| Буду удалять |
[Nov. 9th, 2009|01:19 pm] |
|
Странная какая-то тенденция среди тысячников пошла - приписывать к своим монологам рекламные продолжения. Пару раз я вежливо переспросил, станут ли эти "добавки" постоянными? Скоро начну удалять без предупреждения. Реклама в блоге это издевательство над читателями я считаю. Очень огорчен был когда года три назад все базовые аккаунты стали разносчиками баннера на главной странице журнала, теперь эта зараза еще и к каждому посту цепляется... |
|
|
| (no subject) |
[Nov. 9th, 2009|01:06 pm] |
| [ | mood |
| | rain | ] |
| [ | music |
| | James Brown - Try Me | ] |
Сегодня ночью мне приснились две Маши - Мэри Попинс и ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) _sonriente_. Интересно, к чему бы
Отныне мне очень нравятся трусы с высокой талией
А кто смотрел "Царь"? |
|
|
| (no subject) |
[Nov. 9th, 2009|12:03 am] |
Как-то раз на обеде Таня спросила меня - а не нужен ли нам кролик?
Поскольку домашних животных мы не очень-то и жалуем, а какую-то зверюшку дома
иметь хочется - кролик казался вполне реальным вариантом.
Приятные детские ассоциации со Степашкой из "Спокойной ночи,
Малыши", предполагали, что кролик это милое пушистое существо, которое любит
морковку и когда его чешут за ушком. "А он декоративный?" - спросил я у Тани.
Она ответила несколько уклончиво - что подруге ее сестры какой-то молодой
человек подарил двух кроликов, вроде как декоративных, и одного она готова
отдать. В общем, решено - мы сели в машину и поехали за кроликом.
Зверюшка, по правде сказать, оказалась премилой. Бело-черная шкурка,
коротенькая шерстка и большие-большие уши. А какие они еще должны быть у
кролика? Конечно большие. И даже не большие, а огромные!
Следующим шагом была покупка клетки. В зоомагазине были маленькие
клетки, средние и огромные. Я хотел среднюю, но Таня сказала однозначно - берем
огромную. Потому что в ней есть деревянный домик, поилка, туалет и кормушка.
Ладно, купили. Вместе с кормом. "А надолго корма хватает?" - спросил я
продавщицу. "Да дней на десять", - ответила она. Ну а что, вполне экономичная
зверюшка, решил я. По пятьдесят рублей пачка корма, на четыре недели - двести
рублей в месяц выходит...
И вот, значит, привезли мы эту веселую ферму домой. Обустроили клетку,
посадили туда кролика и стали жить себе поживать. Первые два дня кролик по
большей части сидел в домике, не высовывался. Мы его вытаскивали, тискали
немного - он переносил все стоически, только дрожал - то ли от страха, то ли от
раздражения.
Потянулись рабочие будни. Мы радовались зверюшке, подкармливали ее.
Первый звоночек прозвенел недельки через две, когда я решил вынуть его миску,
чтобы насыпать корма. Кролик меня поцарапал, вполне так ощутимо. Набросился и
поцарапал. Ну ладно, бывает, что с нее взять - с твари-то неразумной. А потом
началось... Целыми днями кролик делал две вещи: одна это ЖРАТЬ, а вторая та, что
рифмуется с первым. По большому и по маленькому. Делал он это днями и ночами. Ел
кролик все, что ему давали. Так, за ночь он съедал подстилку из сена. Когда ее
заменили опилками, он всю ночь жрал опилки. Когда ему насыпали вместо опилок
туалетного наполнителя - он стал жрать туалетный наполнитель. Корма, которого
вроде должно хватать на неделю, кролик съедал за день. Клетку надо было
чистить каждый день, ибо вонь стояла соответствующая. Вот, представьте, ситуацию
- я за компом, пытаюсь работать, а кролик сидит, хитро так на меня смотрит,
и делает... ну, в общем, звук такой, как будто полковая лошадь облегчилась.
Вырос кролик за два месяца настолько, что в клетке он стал с трудом
помещаться. Какой уж тут домик, домик давно был им перевернут и использован в
качестве лежанки, где лапы торчат в одну сторону, а уши в другую. Ночью кролик
не спал. Он носился! Кругами по клетке, ударяясь обо что только можно всеми
частями тела. Приходилось его сажать его в ванну. Нежные чувства как-то угасали.
Как-то я спросил Максима: "Может съедим кролика?". "Не, жалко...", - ответил
Малой, но через пару минут констатировал - "А нафига он нам с другой стороны
нужен?". Стало понятно, что даже для ребенка кролик не представляет особой
ценности.
И тут я вспомнил, что у меня есть один товарищ, отец которого кажется
разводит кроликов. Пригласил товарища на смотрины. "Декоративный, ха! -
констатировал он, - да это настоящий молодой, породистый, мясной кролик!". В
общем, кролика ему мы сплавили. Он его взял с удовольствием, для развода. А мы
пошли в зоомагазин, куда как раз завезли настоящих декоративных карликовых
кроликов и купили самочку. Этим чудом мы вполне довольны. Маленький, пушистый комочек.
И, кстати, у нее таки короткие мохнатые ушки!
Такие вот дела. |
|
|
| Лебединская песня Виктора Тархова |
[Nov. 9th, 2009|12:34 am] |
В пятницу встретился с человеком из близкого окружения Тархова. Обсудив минут пять погоду и мировой экономический кризис перешли к главному. Оказывается мне стоит уехать из города. Минимум на полгода. Пока все "уляжется".
"Ты не думай,- поспешил уточнить собеседник -Виксаныч (так они зовут своего шефа) к тебе не в претензии. Просто задел кое-кого. Сам понимаешь..."
Переговорщик был осторожен. Мало ли, вдруг у "отморозка-журналиста" диктофон припрятан? Видно боялся проговориться и назвать фамилии тех, кого я задел. Вот и говорил в основном полунамеками, да междометиями. Когда на фразу "мэр не в претензии", я заметил, что человеку, который поджег под выборы свой автомобиль быть в претензии к батинкометателю как-то странно, переговорщик широко улыбнулся: "А ты докажи!"
Чего уж тут доказывать, когда мы оба знаем парня, отвечавшего в штабе Тархова за эту "креативную тему".
Вообще странный народ собрался вокруг г-на Тархова. Живут в придуманном, перевернутом мире. Вся эта околомэрская тусовка мне все больше напоминает секту. Они так дружно и увлеченно врут друг другу. А больше всего Виктору Тархову.
И как всякие сектанты видят только ту удобную для них реальность. Вся эта история с ботинком - лишнее тому подтверждение.
Вспомните, как затеяв игру в "блоги" и призвав на чаепитие с мэром узкую группу пишущих в ЖЖ Тархов и Лебединская увлеченно рассказывали, что у главы города появился дополнительной канал обратной связи с горожанами. Не знаю насколько качественно работает этот канал в реальности и получил ли конкретный горожанин пользу от этой затеи PR службы мэра. Одно знаю совершенно точно - мое письмо к мэру не опубликовали. Более того, содержание письма от него судя по всему просто скрыли. Наверное, поэтому прилетевший во время пресс-конференции ботинок для Тархова оказался событием из какого-то другого мира. Помните, он еще возмутился: "И это блоггер!". Да, Виктор Александрович, это блоггер, который спрашивал у Вас прямо и открыто: "Что связывает Вас с ОПГ Дохлого, Иваном Мотыногой и почему до сих пор многомиллионными бюджетами рулит запойный пациент областной психиатрической больницы!" Неужели ботинок удивил его больше вопроса? Думаю вряд ли. К вопросу он был совсем не готов. Для тех, кто не в курсе мэр ответил, что вообще-то он был на горе Афон (типа ему не до нас грешных), с Мотынгой знаком и здоровается, а вот Дохлого (беда какая) лично не знает.
На этом тему попытались заживать и ботинок пришелся как нельзя кстати. Судя по тому, что предлагают уехать из города попадание было прямое.
Таких тем, тяжелых, как ботинок, накопать на мэрию можно с лихвой. Прямо здесь. В интернете. И снова появятся знакомые лица. Вроде финансистов мэра, которые вместе с его дочкой залезли в так называемый информационный бюджет города. Тот самый, которого так "не хватает" г-же Лебединской, Может быть и не хватает потому что крутятся он в фирме "Палитра". Она почему то появилась на самарском медиарынке вместе с воцарением г-на Тархова. Или кто-то слышал прежде об этом высокопрофессиональном "медиаоператоре"?
Впрочем, методы распила информационного бюджета я наблюдал своими глазами, оказавшись по слезной просьбе Курт-Аджиева в "Самарской газете". Старый казах долго пел мне степную песню о Тихомировой заколдовавшей издание вместе со своими пьющими подругами. Потом поведал героические планы противостояния мировому злу под знаменем Виктора Тархова. Пафосу было как всегда много. Помню, обещали даже должность пиарщика Виксаныча. Куда они собирались девать с действующих имиджмейкеров - не понятно. Но ясно было, что за близость "к телу" идет какая-то подковерная борьба. Но мне тогда было не до борьбы. У матери нашли опухоль, предстояла операция. Нужны были деньги. И я работал, как черт. Но получить их у Курта так и не смог. Пришлось занимать у друзей.
И вот недавно я по радио "Эхо Москвы" услышал, что у Османыча были далеко идущие планы моего усыновления. Он, якобы, хотел помочь мне доучиться на журфаке. Посмеялся от души. Думаю, не я один, а все кто знают обстановку в "Самарской газете". В мэрии мало кто сомневается в том, что на само издание уходит 2/3 бюджета. Остальное, говорят, пилят Курт при молчаливом согласии вечно пьяного Романа Хахалина. Остальным от этого пирога не "обламывается". Так ли это точно сказать не могу. Но то, что заявленные тиражи не совпадают с реальными - это факт. Все эти истории по 100 тысяч экземпляров - полная лажа. Писали что 100 тысяч, а печатали прежние тысяч 5. По редакции упорно ходят слухи, что Курт собирается перебраться то ли в Германию, то ли в Англию. Как политэмигрант.
Забавно все это. Но на Сергея Османовича с его гневными отповедями зла не держу.
Он оказался в окружении Виктора Тархова от безнадеги. Дочка "несогласная", на работу никуда не берут... Мы ведь давно с ним знакомы. Работали вместе в "Новой". Помню, Курт всегда поручал мне интересные задания. Как-то, еще до отъезда в Сибирь предложил "заменить Анну Политковскую". Покойная журналистка «Новой газеты» интересовалась обитателями красивой мечети в Бугуруслане. Там в медресе, в российской глубинке, Оренбургской губернии сотрудники ФСБ нашли тротил и двух учеников, которые по оперативным данным могли быть причастны к захвату школы в Беслане. От Политковской позвонили, (может даже сама) смелому и принципиальному самарскому журналисту Сергею Курт-Аджиеву. Кому как не ему поручить важную и резонансную тему.
Но вместо него поехал я. Провожая, редактор напутствовал меня: «Будь осторожнее там» и протянул $100 одной бумажкой.
Денег хватило. Но нервы чуть не сдали. На обратном пути, уже в поезде, я потратил остатки командировочных ресурсов на коньяк.
Конечно, имам – добряк с пушистой бородой и глазами Усама Бен Ладена угощал бараниной вдоволь и приглашал остаться в гостях ночевать. Но я отказался. Не люблю баранину. А еще имам так и не выполнил мою просьбу – показать подвалы мечети. По слухам, они были огромны и там умещалось два танка и грузовик со взрывчаткой.
Ждать от такой"команды", какой-то эффективной работы не приходится. С особой остротой я понял это когда побывал в статусе "придворного" обозревателя (ах, как они гордятся этим статусом!) на конференции эсеров. Летом. Вот уж где я обалдел. Тархов рычащий на Сарова и запрещающий ему снимать. Образ демократичного и доступного посыпался на глазах.
Оксана Тихомирова, та самая, что нынче на ГИСе борется за свободу слова, стояла тогда в позе "Не пущать!", готова была загрызть коллег журналистов. Оказалось, что им нельзя на конференцию "Справедливой России".
Мне как придворному, конечно было можно. Смешного там хватало. Обязательно напишу об этом. Но врезался в память эпизод, когда мужик-партиец из Сызрани предложил отправить на съезд в Москву кого-нибудь из рядовых членов самой справедливой партии. Ну чтобы ехали не только Тархов, Колычев и К, но и люди попроще. Боже мой, что тут началось. Дядьку осадили, сообщив, что список делегатов утвержден, и если, кто хочет поехать в качестве гостя, то только за свой счет. У партии, мол, денег нет. Нищая партия, к слову, собралась в отеле "Холлидей ИНН", забив до отказа стоянку дорогими иномарками.
Все что происходит вокруг мэрии - это полуправда и полужизнь, то ли халтурщиков, то ли временщиков, то ли просто дилетантов. Иногда кажется, что они упорно делают вид, играют роль, бредят.
Сегодня стратегия мэрии в информационном пространстве, а в этом я все-таки , немного разбираюсь, живет совершенно безумными идеями. Смешно, когда Лебединская всерьез увещевает нас: "Берегите Тархова! Он оплот демократии. О чем вы будете писать без него!" Ну не дурь ли? Оказывается, что правду (или то, что думаешь) о мэре не стоит писать, потому что без него нам журналистам не будет хватать на хлеб. Чувствуете! Она даже не скрывает, что это ее главный аргумент! Потому что, видимо, нет других...
А как вам основная, базовая мысль мэрских пиращиков - "Тархову все мешают!" или "Они плохие, а мы хорошие!" Что-то вроде самообмана жены алкоголика: "Он у меня не алкоголик, просто пьет каждый день! Друзья несознательные - наливают!"
Такое впечатление, что пиарят уже впавшего в маразм старика, скрывая его недееспособность байками про врагов. Этакое PR-протезирование. Может сказывается, что главный PR-щик Тархова Елена Лебединская - зубной техник по единственному приличному (хоть и средне-специальному) образованию? Наверное, Виктору Александровичу, с его "пробегом", действительно, нужен стоматолог. Только вряд ли такими вставными (ложными) зубами можно удержать власть. Даже если намертво в нее вцепиться. Оторвут. Вместе с челюстью.
|
|
|
| (no subject) |
[Nov. 7th, 2009|03:34 pm] |
| [ | mood |
| | нунезнаюнунезнаю | ] |
| [ | music |
| | 04.Time After Time | ] |
У меня есть одна несбывшаяся мечта. И никогда не сбудется
Я очень редко вспоминаю об этом
Почти никогда
Но иногда накатывает
И я готова яростно ненавидеть всех кто напоминает о ней
И почему так бывает?
Зачем? |
|
|
| (no subject) |
[Nov. 6th, 2009|12:27 am] |
| [ | mood |
| |  drunk | ] |
| [ | music |
| | Tujiko Noriko - Make Me Your Private Party | ] |
Погода дерьмо
Настроение такое же
Унылая безнадежность сковывает мозг
Еще один кошмар для родителя - продленные школьные каникулы
И вообще я отныне ничего не вижу, ничего не слышу, никому ничего не скажу
Ты там а я здесь
Ты там а я здесь
Ты там а я здесь
Ты там а я здесь
Мне холодно |
|
|
| Колонка |
[Nov. 3rd, 2009|05:51 pm] |
У меня есть подруга детства. Дружим мы около 30 лет, хотя давно живем далеко друг от друга: я в Москве, она — в одной из южных стран СНГ.
Первый ее брак длился недолго: вскоре муж погиб. В сухом остатке на руках у Лены были: двухлетний ребенок, мать-пенсионерка, неликвидная в условиях нищей страны специальность и двухкомнатная квартира, в которой вся семья и проживала. На дворе стоял 98-й год.
Она с рождения была девушкой энергичной, и поскольку помощи ждать было неоткуда, стала торговым агентом. Очень хорошим агентом: получая только проценты с продаж, не владея свободно государственным языком (это в разгар националистической кампании-то), она создала собственную клиентскую базу, доход имела выше средней зарплаты по городу. И успешно тянула мать и дочку. Через год купила машину — чтобы успевать объехать всех клиентов.
А еще через год вышла замуж... |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
